Русский пионер. Ruspioner.ru. Кабинет главреда. Про хорошего человека

Если бы я работала в журнале Cosmopolitan, я бы написала про хороших парней. Если бы работала в Vogue — про хорошие колготки. Но я работаю в «Русском пионере», поэтому буду писать про хороших людей.

Сказать, что мне нравятся люди. Не сказать. Единственная слабость, которую я себе позволяю, — думать об окружающих лучше, чем они есть на самом деле. Потому что сама я, как мне кажется, немного лучше, чем может показаться на первый взгляд (здесь следовало бы поставить смайл, но я этого делать не буду, чтобы не искажать жанр). К тому же я давно заметила, что хорошие люди встречаются гораздо чаще, чем кажется, просто потому, что мы не всегда знаем, что они хорошие.

Как и положено по неотменяемым столичным законам, я каждый вечер (ну, через вечер на самом деле) после работы хожу в фитнес-клуб. Те, кто занимаются спортом каждый вечер или через вечер в одном и том же месте, знают друг друга очень хорошо. Машка живет с олигархом, Анатолий с однокурсниками открыли ночной клуб, Марина развелась и получила дом на Рублевке, Илья — просто спортсмен… И вот в нашей компании хороших знакомых появился Ибрагим.

О нем как-то сразу заговорили плохо. И уже через пару недель на вопрос, а чем Ибрагим занимается, стало принято отвечать: Ибрагим — киллер. Кем Ибрагим был на самом деле, никто не знал, но выглядел он и в правду убедительно: ни с кем не разговаривал, носил с собой три телефона Vertu, которые НИКОГДА не звонили, и бегал по два с половиной часа, чего не удавалось даже Марине сразу после развода.

Поздним вечером я спустилась на подземную парковку. Там никого не было, кроме таджика-подростка. Я открыла двери машины и стала укладывать вещи. Вдруг таджик взвизгнул (радостно) и нырнул под один из автомобилей. Через секунду он вернулся обратно,и в руках у него болталась на хвостике огромная пегая крыса. Я взизгнула (от страха) и приказала мальчику немедленно выкинуть ее на улицу. Но подростки, они везде подростки, даже если они таджики. Из вредности или возрастного азарта он подбежал к моей распахнутой машине и швырнул зверя в самое ее сердце. В глазах моих заиграл сумрак, а сердце покрылось льдом. Мальчик таджик сбежал, а я и шага не могла ступить по направлению к машине.

И тут я увидела Ибрагими. Он величественно шествовал к своей гран чего-то там. И не обращал на меня никакого внимания.

— Ибрагим, помогите мне, пожалуйста. У меня крыса в машине. Живая. Ее надо достать и выгнать на улицу.

— Киллер человеку не товарищ, — ответил Ибрагим, и я поняла, что он знает, как мы называем его и люто обижается.

Ибрагим сел в машину, завел двигатель и стал выезжать. Я плакала, Ибрагим даже не смотрел в мою сторону. А потом остановился. Он подошел к моей машине, осмотрел ее со всех сторон и бесстрашно полез внутрь.

— Кыс-кыс-кыс, — звал Ибрагим. На что он рассчитывал, я не знаю, я бы на месте крысы не отзывалась. Она и не отзывалась. Ибрагим и разговаривал с ней, и называл красавицей, но она не шла к нему в руки. Тогда Ибрагим достал из своей сумки Hermes Equipage и стал разбрызгивать по углам моей машины. Наша девочка сдалась и пошла на мировую. Когда я видела удаляющегося Ибрагима, гордо несущего крысу на вытянутой руке, я пела ему про себя песни. Он вернулся. Кивнул мне, сел в свою машину и уехал. Ибрагим даже не попросил мой телефон.

На следующий день я подошла к Ибрагиму, поздоровалась и спросила, кем он на самом деле работает.

— Ветеринар я, — ответил Ибрагим.

— А зачем ветеринару три телефона Vertu? — спросила я.

— Клиенты подарили, чтобы все время на связи был, а то зимой лошади часто болеют.

популярное.

комментируемое.

рекомендуемое.

КАБИНЕТ
ГЛАВРЕДА

ПРО ХОРОШЕГО ЧЕЛОВЕКА

обсуждение